Лодыри обыденного Остожья

 А.В. Рогачев

Опубликовано: Квартира, дача, офис, 2001, N 135

 

Кажется, трудно найти в Москве место лучшее, чем древнее Остожье - район, лежащий между нынешней улицей Остоженкой и Кропоткинской набережной. Почти что самый центр города – до Кремля всего пятнадцать минут пешей ходьбы, но при этом кругом тихо и спокойно, народу и машин в узких переулочках немного. Вдоль Москвы-реки открываются отличные виды: слева - на Кремль, справа - на прекраснейший в Москве Крымский мост. За ним - зелень Центрального парка культуры и отдыха.

Словом, район этот мог бы считаться одним из престижнейших в Москве и стать местом расположения лучших жилых и общественных зданий. Но странно: существующая застройка Остожья мало радует глаз экскурсантов, проплывающих мимо на теплоходах по Москве-реке и нечастых здесь прохожих. Как-то не сложилась, не задалась историческая судьба этого старого уголка нашей столицы.

Взять хотя бы расположенный здесь монастырь. Конечно, сами по себе святые обители - не слишком веселые заведения, но этот выделялся среди многочисленных московских монастырей особенно унылым характером. Каким-то заурядно-бытовым выглядело даже само его название - Зачатьевский. В то время, как другие московские монастыри ставились в ознаменование побед русского оружия или других великих событий в истории государства, Зачатьевский всего-навсего отражал скромную мечту неумного и безвольного царя Федора Иоанновича и его жены Ирины о рождении наследника (которого царь так и не дождался).

     Сколько-нибудь ценного архитектурного ансамбля из Зачатьевского монастыря тоже не вышло. В начале XIX века здесь поработал архитектор Казаков, правда, не знаменитый Матвей Федорович, а его значительно менее талантливый сын Матвей Матвеевич. Он выстроил монастырский собор - большой, но начисто лишенный каких-либо эстетических достоинств. Стиль храма определялся как "готический", хотя на самом деле представлял собой бессистемную мешанину разнородных декоративных элементов. Еще более тусклой получилась стоявшая рядом больничная церковь Сошествия Святого духа, спроектированная М.Д.Быковским в "византийском" стиле. Ни тот, ни другой храмы не сохранились (на месте собора сейчас стоит школьное здание)*, но отнести их снос к числу заметных утрат как-то не поднимается рука. На этом тусклом фоне яркой звездой сверкает надвратная церковь Спаса нерукотворного образа, выстроенная еще в 1696 году без каких-либо ученых мудрствований. Наметанный глаз найдет в ее отделке массу погрешностей против архитектурных канонов, да и просто нелепостей, но, несмотря на это, все здание стройно, ярко и празднично.

     А вокруг монастыря запутанной паутиной вьются одноименные с ним кривые переулочки, редко застроенные маленькими, скромными домишками. В памяти невольно всплывают заунывно-напевные строки, навеянные впечатлением от Зачатьевских переулков:

                  Переулочек, переул...

                  Горло петелькой затянул.

                  Тянет свежесть с Москвы-реки,

                  В окнах теплятся огоньки.

                  Как по левой руке - пустырь,

                  А по правой руке монастырь.

     Автор стихов, еще недавно модная поэтесса А.Ахматова сама по себе отличалась склонностью к показной печали, но в данном случае минорно-плаксивый тон вышеприведенных стихов как нельзя более уместен. И сто, и пятьдесят лет назад вид здешних мест никак не помогал рассеять тоску.

     Кажется, лишь однажды была сделана попытка оживить унылое Остожье. В 1828 году предприимчивый врач и профессор московского университета Х.Лодер организовал во 2-м Ушаковском (ныне Хилкове) переулке заведение Искусственных минеральных вод в Москве. Первоначально оно замышлялось в качестве лечебного, но очень быстро превратилось в развлекательное. Новизна затеи привлекла сюда богачей, для которых минеральные воды служили не средством лечения, а поводом для лишней прогулки в обществе таких же лентяев, не знавших, чем бы себя занять.

     Бездельники, слонявшиеся по дорожкам сада Искусственных минеральных вод, навели известного исследователя истории Москвы П.В.Сытина на оригинальную мысль о том, что слово "лодырь" обязано своим возникновением доктору Лодеру. Простые москвичи называли-де лодырями праздную публику, "лечившуюся" лодеровскими водами. Гипотеза весьма забавная, даже жаль, что она не имеет никакого отношения к истине. Слово "лодырь" было известно в русском языке задолго до возникновения заведения Искусственных минеральных вод. К сожалению, слава этого последнего оказалось быстротечной, и хотя просуществовало оно до семидесятых годов теперь уже позапрошлого века, немногочисленные посещавшие его "лодыри" уже не могли развеять здешнюю скуку.

     А тем временем вдоль берега Москвы-реки сплошным рядом встали неказистые мелкие постройки каких-то фабричек и складов. Даже не слишком большое по московским масштабам четырехэтажное здание Ермаковского технического училища выглядело среди них настоящим гигантом. Кстати, у этого творения архитектора Н.Г.Фалеева вид тоже не ахти какой - типичное для рубежа XIX-XX веков унылое коробчатое сооружение из красного кирпича с наивной и беспомощной претензией на какой-то неведомый "стиль".

     Особенно рельефно выступает безобразие здешней застройки благодаря контрасту со своими соседями. Выше по течению - торжественно-парадная и нарядная Фрунзенская набережная, вдоль которой в сороковых-пятидесятых годах встали прекрасные здания, выстроенные лучшими советскими зодчими. А вниз по реке - Кремлевская набережная, вообще не нуждающаяся ни в каких рекомендациях.

     Неприятное впечатление, оставляемое Кропоткинской набережной, немного скрашивает ее северо-восточное, ближайшее к Кремлю, окончание. Здесь один за другим стоит пара-тройка приличных особнячков, среди которых выделяется двухэтажный домик из красного кирпича. Лет сто назад его выстроил для своей картинной галереи коллекционер И.Е.Цветков, причем эскиз сооружения выполнил известный художник В.М.Васнецов. В годы Великой Отечественной войны домик отвели для французской военной миссии. Поэтому на нем и установили мемориальную доску в память о погибших летчиках советско-французской эскадрильи "Нормандия-Неман".

     Другой особняк, под номером 33, появившийся в 1896 году, интересен своим назначением. В нем размещалась ни что иное, как водокачка для выстроенных в то же время новых Сандуновских бань. Нормального водопровода в Москве тогда не было, и воду приходилось качать отсюда, из Москвы-реки. Водокачка настолько нарядна, что по ее внешнему виду трудно заподозрить столь прозаическое назначение. Жаль только бедных наших предков, которым даже в лучших банях приходилось мыться водой из реки, уже успевшей протечь по городу и вобрать в себя его многочисленные стоки.

     Дальше, на углу с Соймоновским проездом, выглядывает на реку торец еще одного краснокирпичного дома, на этот раз четырехэтажного. Это знаменитый среди историков архитектуры доходный дом Перцова, выстроенный по наброскам художника-фантазера С.В.Малютина в каком-то мрачно-былинном духе - с высокими щипцовыми кровлями (впрочем, чисто бутафорскими), с изразцовыми вставками, с высеченными из камня изображениями неведомых зверушек и чудовищ.

     Вообще северо-восток Остожья более благополучен, чем его середина и юго-западный конец. Уходящие вверх от берега к улице Остоженки Обыденские переулки в начале XX века успели получить вполне достойную центра Москвы застройку. Крупные доходные дома стоят здесь тесно, плечом к плечу. В 1-м Обыденском переулке - дома под номером 5 (1906, архитектор О.Г.Пиотрович), 7 (1904, К.Ф.Буров), 9 (1913, Н.И.Жерихов). Во 2-м Обыденском - дом 3 (1913, П.И.Антипов), 11 (1903, Ф.А.Когновицкий), 12 (1913, Н.И.Жерихов), 13 (1901, Н.Г.Фалеев). Особенно внушительное впечатление производит фронт увешанных тяжеловесными эркерами фасадов по Пожарскому переулку, составленный домами 12 (1898, А.В.Иванов), 10 (1910, Н.Г.Фалеев), 8 (1914, Н.И.Жерихов).

     Кстати, название Обыденских переулков как будто продолжает общую тему Остожья - заурядность, серость, скука. Но на самом деле происхождение этого имени совсем другое - здесь стояла церковь, сооруженная по обету за один, или, как говорили в те далекие времена, "об один" день, что для деревянной постройки было не так уж и сложно.

     По соседству с Обыденскими переулками на Остоженку выходят большие для того времени жилые комплексы - Варваринского общества домовладельцев (Остоженка, 5), выстроенный на рубеже XIX и XX века по проекту В.В.Воейковым, и доходный дом Е.Филатова (Остоженка, 3), спроектированный в 1907 В.Е.Дубовским. Этот архитектор выстроил в разных концах Москвы нескольких многоэтажных зданий с фасадами, отделанными "под готику" - например, стоящий в середине Арбата дом 35 с фигурой рыцаря.

     Но почему-то все эти высокие, представительные и добротные дома собраны в верхней части переулков. Стоит немного спуститься вниз, к реке, как многоэтажные здания вновь сменяются мелкими домишками.

     Даже широкая реконструкция Москвы, начатая в тридцатые годы, принесла в остоженские переулки совсем немного перемен. За исключением пары новых школ - уже упоминавшейся в бывшем Зачатьевском монастыре (1939, архитектор Б.Ф.Рогайлов) и Хилкову переулку, 3а (1937, архитектор М.Г.Куповский), - здесь появилось лишь одно достойное упоминания сооружение  жилой дом кооператива "Научный работник" (2-й Зачатьевский переулок, 13), выстроенный в 1931 году по проекту А.В.Самойлова в духе интеллигентной скромности. Конечно же, эти немногочисленные и не такие уж большие здания не изменили общего характера окружающей застройки. Лишь немного оживил окрестности открытый плавательный бассейн "Чайка" между Турчаниновым и переулком и Новокрымским проездом, вошедший в строй в 1957 году.

     Причиной столь слабой реконструктивной активности стала, как это ни странно, особая градостроительная значимость района Остожья, вплотную примыкавшего к строительной площадке грандиозного Дворца Советов. От этого главного здания советской столицы на юго-запад (то есть как раз вдоль Остожья) предусматривалась прокладка торжественного двухлучевого проспекта. Спешка в таком важном деле была недопустима, а потому зодчие ожидали разработки окончательного проекта новой магистрали, чтобы его застройка была выдержана в едином ключе. Вместо этого началась война. Дворец Советов так и не был достроен, прокладка нового проспекта не состоялась.

     В результате новая строительство в Остожье начало разворачиваться только в последние годы. Сегодня в Зачатьевских и Обыденских переулках сооружается несколько многоквартирных домов, высота которых в четыре-шесть этажей позволяет им встать в один ряд со своими предшественниками вековой давности. Понятно, что в столь престижном месте строят дома соответствующего класса со всеми необходимыми для престижного жилья атрибутами. А в Молочном переулке появился небольшой трехэтажный дом клубного типа с бассейном и собственным парком. Возможно, что именно этим постройкам и суждено наконец-то внести свежую струю в скучную судьбу окрестностей унылого Зачатьевского монастыря...

*Сейчас школа снесена (образование уже никого не интересует), и на ее месте возник новый собор –еще более чудовищный, чем прежний

Счетчик посетителей по странам