Блажен ли дом, иже

 стоит к речке ближе?

 А.В. Рогачев

Опубликовано: Квартира, дача, офис, 2001, N 150


Наводнение 1908 года. У Крымского моста.

При знакомстве с современной литературой о Москве иногда приходится наталкиваться на излияния какого-нибудь историка-самоучки, бурно восхищающегося "гармонией с природой", которой будто бы достигали наши предки. К сожалению, пресловутая "гармония" существовала только в воображении этих горе-исследователей. На каждом шагу москвичам приходилось сталкиваться с тупым и яростным противодействием природы. Ведь ей-то никакая гармония с человеком не требовалась!

Древние московские летописи являются скорбным перечнем неурожайных, голодных лет, повальных эпидемий, всесокрушающих пожаров. Среди них далеко не на последнем месте стоят бедствия, причиняемые Москве ее реками. Воды в них бывало то слишком мало, то слишком много – то разрушительный паводок в одночасье снесет все мосты, то сползет подмытый течением берег вместе со стоящими на нем постройками, то в засушливое лето все водотоки сразу обмелеют, оставив город на сухом пайке. Так что счет, который москвичи могли предъявить окрестным рекам и ручьям, возрастал не по дням, а по часам. И как только человек обрел уверенность в своих силах, он принялся за обуздание строптивой воды. Завязалась упорная и тяжелая борьба, причем далеко не сразу чаша весов склонилась на сторону человека. Первые попытки справиться с реками были не слишком удачными.


Наводнение 1908 года. Спасательные операции.

Так, в 1786 года прокопали так называемую Канаву (нынешний Водоотводный канал) в несколько наивной надежде отвести от центра избыток воды в Москве-реке во время паводка. Надеялись, как оказалось, зря. Весенние половодья по-прежнему уносили десятки жизней и сотни построек.


28 мая 1909 года. Затопленная Неглинная улица (тогда проезд) у Сандуновских бань (в центре снимка).

На многие годы и даже века затянулась борьба с Неглинной - первой из крупных московских рек, загнанных под землю. Коллектор для Неглинной чинили и перестраивали десятки раз, и все равно непокорная речка то и дело вырывалась из заточения, выплескивая мутные волны из люков на Цветном бульваре, Неглинной улице, Театральном проезде. Даже в шестидесятые годы недавно истекшего столетия можно было наблюдать настоящие (хотя и кратковременные) наводнения, во время которых проспект Маркса перед гостиницей "Метрополь" покрывался слоем воды в пятнадцать - двадцать сантиметров! Лишь прокладка дополнительного коллектора напрямую от Малого театра под Китай-городом к Москве реке отвел вековую напасть от улиц, которым выпало несчастье лежать над подземным руслом прославленной, но коварной речушки.


Сечение старого коллектора реки Неглинной (около Малого театра).

Сечение нового коллектора реки Неглинной, проложенного в 1930-х-1940-х годах.

А стоило ли тратить силы на то, чтобы убрать с поверхности земли реки и ручьи, которые могли бы украсить городские ландшафты, привлекать на свои берега отдыхающих горожан? К сожалению, польза, приносимая протекавшими через город малыми реками, далеко не компенсировала приносимого ими вреда. Глубокие русла расчленяли городскую территорию, затрудняя транспортные связи. Размыв берегов грозил обвалом прибрежным строениям. И наконец, даже самые ничтожные водотоки могли в любой момент преподнести неприятный сюрприз. Ну что, скажем, можно было взять с какой-нибудь там речки Синички (протекавшей под современными Синичкиными улицами и улицей Новая Дорога в Лефортове)? Ручеек в два вершка глубины, спокойно протекавший прямо под заборами здешних огородов. Однако даже небольшой дождик мгновенно превращал Синичку в грязный ворчливый поток, а уж проливной дождь иногда приводил к настоящим трагедиям. Так, после одного ливня 28 мая 1907 года ручей разлился до такой степени, что его стало невозможно перейти вброд. Пытаясь перебраться через Синичку по забору, крестьянин Ястребов сорвался и был унесен потоком. Та же участь постигла и пытавшегося спасти его товарища. Выловить утопавших удалось только через сотню метров, причем Ястребов уже успел захлебнуться. Вот тебе и ручей!


Разлив Неглинной на углу Садовой Сухаревской улицы и Цветного бульвара. 1960-е годы.

Если на подобные штучки была способна речка, которую вброд переходила курица, то чего же можно было ждать от больших по московским масштабам рек - Москвы и Яузы! Действительно, хоть и не слишком часто - раз в двадцать-сорок лет на них случались наводнения поистине катастрофического масштаба. Навсегда останется в памяти москвичей весенний паводок 1908 года - как благодаря небывалой высоте подъема воды - 8 с лишним метров, так и из-за того, что вошедшие к тому времени в широкий обиход фотоаппараты позволили дотошно запечатлеть затопленный город. На фотографиях видны лодки на улицах, снесенные и несомые течением избы, заборы, сараи, вода, подступившая к окнам первых этажей. О подвалах и говорить не приходится - обитавшая в них беднота несколько дней отсиживалась на крышах.


Наводнение 1908 года. Софийская набережная.

Сейчас, спустя без малого сто лет, это кажется почти невероятным. За это время выросли целые поколения, даже не представляющие, что и в Москве могло некогда происходить нечто подобное недавним событиям в Польше или на берегах сибирской Лены. Угрозу наводнений от советской столицы отвели в тридцатых-пятидесятых годах, когда в верховьях Москвы-реки и главных ее притоков соорудили несколько плотин, надежно перехватывающих огромный объем талых вод, которые и служили основной причиной наводнений. Накопленная вода постепенно спускается в течение лета и зимы, чтобы к весне водохранилища снова были бы готовы принять очередную порцию живительной влаги. Еще две плотины на Москве-реке – в Карамышеве и Перерве - выросли в черте Москвы, а Яузу надежно перекрыл гидроузел, расположенный недалеко от Курского вокзала. Благодаря этим мерам перечень крупных московских наводнений оборвался (нужно надеяться, что навсегда!) на 1926 году, когда уровень в Яузе и Москве-реке поднялся на высоты тогдашних мостов, и по ним на целый день прервалось всякое движение.

Строительство сложных гидроузлов обосновано только для крупных рек, но и мелкие не зарегулированные, не покоренные человеком поверхностные водотоки были слишком опасными соседями для густонаселенного города. С ними поступали проще и решительнее - попросту упрятывали в трубы.

Поистине гигантские работы пришлось выполнить в восточной части Москвы. Здесь, в большом квартале, ограниченном нынешними Красносельской, Спартаковской, Ольховской и Новой Басманной улицами сливались три небольших речки - Ольховка, Ольховец и Чечера, образуя неряшливую цепочку грязных прудов и прудиков с заболоченными берегами. Запрятать водную компанию под землю удалось после нескольких лет тяжелой работы. Но это был еще не конец войны. Вредоносный Ольховец успел еще раз продемонстрировать свой норов во время прокладки тоннеля первой очереди метро. В 1934 году, во время сильного ливня ручей прорвал временный коллектор и обрушился в котлован будущей станции метро "Комсомольская"-радиальная. Недобрым словом поминали "милый ручеек" метростроевцы, которым ценой поистине героических усилий удалось отстоять от разрушения и будущую станцию метро, и стоявший рядом Казанский вокзал.


Река Яуза в начале ХХ века

Как ни сопротивлялись Ольховец, Ольховка и Чечера, но все-таки оказались в трубах. А на освободившемся месте устроили новую улицу под названием Новорязанская. Кстати, приставка "Ново" в именах улиц часто означает именно то, что проложены они в начале ХХ века над речными руслами. Помимо уже упомянутой Новорязанской это относится, например, к Новосущевской, лежащей над верхним течением Неглинной и к Новопресненскому переулку, под которым в трубе струится река Пресня.


1954 год. Река Яуза около Электрозавода.

Уйдя под землю, Пресня оставила на поверхности много следов, по которым даже сегодня можно отследить трассу ее бывшего русла. Первый, самый заметный след – восстановленный недавно Горбатый мост, ставший памятником Декабрьскому вооруженному восстанию в Москве 1905 года. От него, двигаясь вверх по течению подземной реки, можно скоро добраться до Зоопарка. Большой пруд в его центре был образован запрудой на Пресне. Дальше следы русла читаются в заметном понижении рельефа местности вдоль нынешних Волкова и упомянутого Новопресненского переулков. В районе Белорусского вокзала в Пресню впадал небольшой приток - Кабанка. Ее глубокий овраг был использован при прокладке железнодорожной ветки, связывающей Белорусское и Курское направления. А верхнее течение самой Пресни нужно искать под нынешней Скаковой улицей. У нее есть любопытная особенность - в нумерации домов. Обычно они считаются в направлении от центра, и нарушается этот порядок обычно на набережных, где иногда дома нумеруют вниз по течению реки. Этот же принцип нашел применение и на Скаковой улице, ныне вполне сухопутной, но прячущей под своей мостовой настоящую реку Пресню. По другую сторону Ленинградского проспекта, на стадионе "Динамо" есть еще один пруд, своим появлением обязанный все той же Пресне.


1957 год. Строительство набережной Яузы около Электрозавода.
На первом плане сносимый из-за спрямления русла реки дом. Его можно увидеть на фотографии https://pastvu.com/p/86131

Помимо Кабанки, у Пресни имелась еще пара притоков, которые также успели "отметиться" на карте города. Наверное, всякого, кто изучал на плане окрестности Зоопарка, поражали удивительно нелогичные, даже уродливые очертания Зоологической улицы. Ее проложили по болотистому пустырю, где еще в начале ХХ столетия журчала пресненские притоки - Кабаниха (не путать с Кабанкой!) и Бубна. Малюсенькие речки после каждого ливня превращались в грязные потоки, затоплявшие прилегавшие домовладения. Несмотря на это, героическая борьба, которую городская управа повела за упрятывание строптивых ручьев в трубу, натолкнулась на глухое сопротивление домовладельцев, ни под каким видом не желавших отдавать часть своей земли под сооружение коллектора. Старания управы обойтись без отчуждения частных земель нашло отражение в трассе Зоологической улицы. Повторив плановые очертания окружающей застройки, изуродованной близостью милых речушек, новопроложенные проезды (кстати, до объединения в Зоологическую улицу их так и называли - Бубнинский и Кабанихинский) приобрели форму, напоминающую стилизованную латинскую букву "S" с острыми углами.

Всего под землю ушло несколько десятков водотоков, больших и малых. Например, под улицей Гастелло течет некогда солидная Рыбинка, под Гоголевским бульваром - злобный (что видно из названия) Черторый, переулок Сивцев Вражек получил имя от ручья Сивки. О соседстве этих подземных речек часто не подозревают даже жители соседних домов. А зря. Учитывать соседство подземных водотоков при выборе жилья весьма желательно.

Во-первых, заключение рек и речушек, ранее дренировавших территорию, в трубы заметно изменяет гидрогеологическую обстановку в округе. Часто наблюдается повышение уровня подземных вод, что неблагоприятно сказывается на сохранности фундаментов и подвальных частей строений.

Во вторых, нынешние подземные реки - это самые крупные коллекторы ливневой канализации, которая собирает и несет в Москву-реку всю воду с улиц, дворов, пустырей, а заодно и смываемую с них грязь. Загрязнитель номер один - резина, остающаяся от стирания об асфальт автомобильных шин. Пыль образуется мельчайшая, но автомобилей в Москве миллионы, а потому общее количество этой грязи, смываемой дождями в водостоки, измеряется тоннами. А дальше - соль, масла, нефтепродукты, тяжелые металлы. Самое неприятное в этом то, что грязь потяжелее осаждается непосредственно в подземных коллекторах. Начинается разложение, газообразные продукты которого выносятся наружу через водоприемные люки – прямо под окна жилых домов.

Мораль ясна: больше внимания московским рекам, большим и малым, подземным и поверхностным!

Счетчик посетителей по странам