"МАЛОЕ ПРЕДПРИЯТИЕ" НА ДОНСКОЙ.

Рогачев А.В.

 

Опубликовано: Былое, N 8,1992.

 

 

Малые предприятия в Москве начала ХХ века исчислялись сотнями. Но то, которое открылось на Донской улице, было особенным. Оно стало конкурентом одного из самых важных государственных ведомств царской России - самой Православной церкви. Конкуренция велась по всем правилам - с борьбой за сферы влияния, с переманиванием кадров.

   А началась  эта  история  в июле 1910 года. К благочинному III отделения Замоскворецкого сорока протоиерею Сергею Розанову явилась вдова капитана 1 ранга,  председательница  Петербургского  общества Евангельского  благотворения Варвара Викторовна Ломен. Она просила почтенного служителя церкви принять участие в освящении часовни  при недавно  открытом  детском приюте на Донской улице, 33, а  также в крестном ходе, который должен был доставить в эту часовню  принадлежавшую Ломен чудотворную икону Казанской Божьей Матери.

Вместо письменного разрешения церковных властей на открытие часовни В.В.Ломен сослалась на свои связи с высокопоставленными лицами в Петербурге и высшим московским духовенством. Осторожный протоиерей сам уклонился от участия в подозрительном деле, однако  разрешил освятить часовню священнику церкви Ризоположения на Донской. На почетном месте в освященной часовне торжественно водрузили чудотворную икону. Событие это   особого внимания  не привлекло - крестные ходы  устраивались тогда часто: в Москве трудно было найти место, по которому когда-либо не двигался крестный ход. Равнодушие москвичей не  устраивало вдову капитана 1 ранга. Часовня была задумана как  доходное "малое предприятие", необходимым элементом которого был детский приют. Ломен рассчитала все правильно - открыть  часовню на   пустом месте  явно не дали бы, а при приюте - дело благое: при многих московских богоугодных заведениях были домовые церкви и часовни для клиентуры этих учреждений. Кстати, на Донской улице действовал добрый десяток богаделен и приютов. Но новая часовня  предназначалась отнюдь не для нескольких сирот, предусмотрительно подобранных Ломен. Им отводилась роль служек, а как желанные гости в часовне ожидались богатые богомолки Замоскворечья. Необходимую рекламу создали заметки о новоявленной святыне в московских газетах, специальная брошюр а о ее чудесах, снующие по домам странники.

      В кратком изложении история ломеновской иконы выглядела так. В 1904 Варвара Викторовна приобрела участок близ деревни Мариновки Сосницкой волости Царскосельского уезда, а вскоре ей приснилось, что она гуляет по своему новому владению. Через несколько месяцев на увиденном во сне месте под снегом возле соснового пня и обнаружили пресловутую икону. Ознакомиться с новообретенной святыней выразил желание сам Николай II. Вдова капитана лично поднесла императору копию иконы, за что удостоилась письменной благодарности министра двора - барона Фредерикса (в дальнейшем эта бумага сослужила обладательнице хорошую службу, магически воздействуя на чиновником и священников). После внимания, проявленного царем, и Ломен, и ее икона стали знаменитыми. На  месте чудесного обретения в 1908 году воздвигли церковь.

     По-видимому, расторопная вдова не особенно стеснялась в       средствах, извлекая выгоду из своей иконы, так как вскоре в Петербургской губернии ее известность стала несколько скандальной и привлекла внимание компетентных органов. Вот тогда-то Ломен перенесла свою энергичную деятельность в Москву, на Донскую улицу. Здесь поначалу также все пошло  прекрасно. В чаянии хороших доходов Ломен наняла нескольких артельщиков для сбора пожертвований, не забыв взять  с них по тысяче рублей в залог. В часовню потянулся народ.  Начались молебны с водосвятием (служил причт все той же Ризоположенской церкви). Освященная (и неосвященная) вода, а также пузырьки с маслом тут же продавались многочисленным желающим.  Кульминацией церемоний было появление корчившейся в судорогах "бесноватой" женщины. На  голову страждущей возлагали сосновый пень(!), возле которого будто бы была найдена чудотворная икона (единственный в истории  случай лечения пнями). Конечно, больной сразу становилось легче, она возносила благодарственную молитву  и тихонько исчезала. Близкая к высоким кругам вдова капитана 1 ранга хорошо усвоила нехитрую механику подобных исцелений.  Когда синоду требовались материалы для прославления очередной святыни, подобные чудеса совершались десятками. Действовал механизм безотказно,  принося богатые плоды. В конце молебна появлялось блюдо для пожертвовований, на которое старший артельщик первым клал несколько кредиток. 

Присутствующие  спешили последовать его примеру. Выручку забирала В.В. Ломен. Служившему духовенству сначала платили щедро, но потом суммы стали уменьшаться, и возмущенный причт покинул  часовню. Свято место не бывает пусто - через день на Донской уже служил священник церкви при Голицынской больнице  В.Лебедев, превзошедший своих коллег.  По уговору с Ломен он начал возить икону по домам в карете с приютскими сиротами на запятках. Это было явно  выгодней, чем держать икону на месте. Например, знаменитая Иверская возилась по домам целыми днями, а многочисленные богомольцы в  Иверской часовне прикладывались лишь к копии  прославленной иконы. Бурная деятельность благотворительницы-конкурентки  встревожила, наконец, церковное начальство. Оно прибегло к помощи родственных государственных институтов, и в сентябрьскую ночь в "малое предприятие" на Донской  нагрянула тайная полиция. Приют закрыли, часовню опечатали, а ее создательница со своей иконой исчезла из  Москвы, захватив с собой залоги артельщиков и прочие деньги.

     Следы Варвары Викторовны обнаружились в Саратовской губернии, где вдова осела под крылышком  епископа Гермогена, одного из  приятелей Распутина.  Она приняла постриг и по-прежнему   энергично занялась сбором пожертвований на задуманный ее покровителем грандиозный храм.

     Арестовали Ломен во время сбора денег на очередной "храм" в Саратовской губернии и отправили в Петербург, где ее деятельность оказалась достойной внимания судебного следователя по важнейшим(!) делам. В грозном запросе из Петербурга в Московскую консисторию предлагалось объяснить, на каком основании ломеновская икона считалась чудотворной, куда девались пожертвования,  какие священники служили в часовне. Консистория решила было отмолчаться и не отвечала ни на первый запрос, ни на последующие понудительные письма. Лишь угроза пожаловаться самому Московскому митрополиту возымела действие. Пришлось Сергею Розанову взяться за перо и изложить на бумаге эту скандально-комическую историю.

     Дело, конечно, давнее, но вытекающая из него мораль актуальна и сегодня, когда храмы освящаются десятками, а всевозможные благотворительные  фонды создаются чуть ли не каждый день. Берегитесь "вдов капитанов 1 ранга" !.

Счетчик посетителей по странам