Немцы на севере

А.В. Рогачев

Опубликовано: Элитная недвижимость, 2002, 6

 

     На протяжении многих веков прятались к северу от Москвы тихие, уютные деревеньки - Архангельское-Тюриково, Виноградово, Неклюдово, Алтуфьево. В списках их владельцев можно встретить представителей знатнейших российских родов - Долгоруковых, Вяземских, Гендриковых, Скавронских. Но, видимо, князья и графы предпочитали другие свои имения, поскольку сколько-нибудь существенных архитектурных памятников в вышеназванных деревнях так и не соорудили (за исключением, пожалуй, виноградовской церкви, рассказ о которой еще впереди).

     Миновала середина XIX столетия, бывшие барские усадьбы одна за другой поплыли в купеческие руки. И в судьбе Архангельского-Тюрикова и его ближайших соседей произошла разительная перемена. Большинство из них достались... немцам.

 

                   Дружная компания Вогау

 

     Одну из крупнейших торгово-промышленных фирм России - Вогау и К - в середине XIX столетия основали выходцы из Франкфурта на Майне, и на протяжении всех 75 лет своего существования она прочно оставалась в немецких руках. В ее правлении помимо самих Вогау прочно окопались всякие Марки, Банзы, Германы, семьи которых связывались не только деловыми, но и тесными родственными узами.

     Активность компании была просто поразительна. Она бралась за все. Начав с торговли импортной содой, в скором времени перешла на чай (один из самых ходовых товаров в старой Москве), хлопок, сахарный песок. А в 70-х годах немцы уловили наступающий подъем российской промышленности и резко изменили ориентацию - теперь их интересовали металлы, строительные материалы, уголь. Тут-то вогаусская компания показала истовому российскому купечеству, что такое настоящая деловая хватка. Играючи облапошили, например, А.А. Пороховщикова и А.Г. Кольчугина. Оба являлись видными фигурами в московском бизнесе: первый - крупный подрядчик, промышленник строительных материалов, второй – влиятельный член купеческого общества, руководитель возведения Верхних торговых рядов (ныне ГУМа). Ни того, ни другого лопухом не назовешь, тем не менее немецкие проходимцы умудрились полностью вытеснить Пороховщикова из руководства созданными им Подольскими цементными заводами, а у Кольчугина оттягали медеплавильный завод во Владимирской губернии, в нынешнем городе Кольчугино.

     Немудрено, что к началу ХХ века компания контролировала значительную часть российского рынка цветных металлов, химических продуктов. Мало того, торговый дом Вогау стал заниматься и финансовыми операциями, неявно осуществляя руководство парой-тройкой крупных банков.

     В Москве вогаусцы облюбовали для себя улицу Воронцово поле (известную москвичам как улица Обуха). Здесь выросли роскошные особняки самих Вогау, Марка, Банзы (кстати, строили или отделывали эти дома, как правило, архитекторы немецкого происхождения).

     Да, здорово досадила пронырливая немчура русским промышленникам, и расчет с ней вышел жестоким. Во время организованных властями немецких погромов 28 мая 1915 богатые особняки Воронцова поля были разграблены и выжжены. От самого большого дома Вогау остались одни закопченные стены. После Великой Октябрьской социалистической революции  их использовали для сооружения Химического института имени Л.Я.Карпова.

 

                    Немецкое  Подмосковье

 

     Гораздо больше повезло загородным усадьбам. Как и Москве, за городом немцы устроились компактной группой – и все вокруг Архангельского-Тюрикова. Само село с 1881 года принадлежало семейству Марков. Именно их фамилия дала название расположенной поблизости платформе Марк Савеловской железной дороги. В двух километрах к северу, в прекрасном имении Виноградово выросли дома Банза и Германа. К востоку устроил свою усадьбу Липки промышленник Э.А.Руперти, а еще чуть дальше, в Неклюдове обосновались сами Вогау.

     Строились немцы капитально, с размахом, и то, что сохранилось от их затей, представляет огромный интерес. К сожалению, в самом Архангельском-Тюрикове от старины осталось совсем немного. Усадебный дом сгорел в беспокойных двадцатых годах, пейзажный парк с двумя прудами зарос настолько, что даже аллеи угадываются с большим трудом. Сельская церковь 1775 года представляет собой зауряднейший и скучнейший образец храмового строительства XVIII столетия.

Привлекает внимание лишь ее колокольня (середины XIX века) - каким-то варварски пышным сочетанием декоративных мотивов барокко и чего-то вроде русского стиля.

     Усадьба Липки (известная также как Липовка или Алексейск) стала самой известной. В ней поработал один из столпов русской и советской архитектуры первой половины XX века И.В.Жолтовский. Именно этот убежденный классик, опоздавший родиться лет этак на двести, выстроил в Липках усадебный комплекс, фотографии которого попали на страницы архитектурных журналов и монографий.     Главный дом как две капли воды напоминал работы блаженной памяти Жилярди и Бове, творивших лет за сто до описываемых событий. Шестиколонный портик, треугольный фронтон, широкая спускающаяся к пруду лестница... И непременный атрибут московского классицизма – мраморные львы, лениво перекатывающие лапами огромные шары.

     Через вытекающую из пруда речку переброшен мрачно-романтический мостик, в саду устроены располагающие к спокойному размышлению беседки.

 

                    Над Долгим прудом

 

     Но все-таки наиболее интересные памятники архитектуры сохранились в Виноградове. С левой стороны от Дмитровского шоссе лежит пруд - очень длинный или, как раньше говорили, долгий (от него пошло название города Долгопрудного). И прямо над прудом среди деревьев старинного парка желтеет двухэтажный усадебный дом, выстроенный в 1911 одной из последних владелиц усадьбы - Э.М.Банзой. Стиль дома - "под русский классицизм" - согласно последнему писку тогдашней архитектурной моды - наводит многих исследователей на мысль, что и тут не обошлось без участия  И.В.Жолтовского. Но, хотя  как для большинства подмосковных дач и усадеб, проектные документы на на виноградовские постройки не сохранились, в литературе  имя настоящего автора указывается точно –  им был архитектор И.В. Рыльский

     Еще более интересен дом Германа (1912), стоящий в глубине парка и представляющий собой редкий для Подмосковья образец мастерского сочетания в крупном деревянном строении стилистических элементов барокко и модерна. Сильно расчлененный план, активный силуэт, насыщенность декоративными деталями выделяют дом из круга его ровесников. Особую выразительность зданию придает крупная, но изящная башня-бельведер над вторым этажом.

     Несмотря на статус охраняемого памятника архитектуры, вблизи дом Германа представляет собой душераздирающее зрелище. Покинутое сооружение гниет на глазах. Из стен вываливаются целые венцы, сверху сыплются остатки лепных украшений. Так что желающим познакомиться с архитектурной диковинкой следует поспешить.

     Дальше, за парком расположена хозяйственная часть усадьбы, сформировавшаяся еще в донемецкие времена и включающая традиционные конный и скотный дворы: П-образные в плане комплексы из красного кирпича, на вид кошмарные, но также с потугой на "классицизм". Рядом - маленький, ничем не примечательный на вид кирпичный сарайчик, тем не менее по своему назначению являющийся уникальным для Подмосковья. Это - клуб-кинематограф для наемных рабочих – свидетельство отеческой заботы немцев о "русском мужичке".

     Прямо вдоль главной аллеи усадьбы открывается прекрасный вид на замечательный памятник архитектуры русского классицизма (на этот раз настоящий, а не работы Жолтовского) - церковь Владимира, возвышающуюся на противоположной стороне Дмитровского шоссе. Удивителен план храма - треугольник, в который вписан круг стен,  поддерживающих массивный купол. Мастерская компоновка здания давала всевозможным "искусствоведам" на основе "стилистического анализа" называть его авторами В.И.Баженова или М.Ф.Казакова. Но, надо думать, во второй половине XVIII века в Подмосковье работали и другие талантливые зодчие...

 

                       Новые хозяева

 

     Престижность округи в качестве дачных мест сохранилась и после Великого Октября. Правда, само Архангельское-Тюриково и Виноградово не слишком располагали к отдыху из-за близости к оживленному Дмитровскому шоссе. Зато позиция соседних Липовки и Неклюдова оказалась почти идеальной. Лежащие между Ярославским и Дмитровским шоссе прекрасные зеленые массивы стали тупиковым уголком – с севера их отделила от остальной области цепь водохранилищ.  Это гарантировало отсутствие транзитного движения, тишину и покой. И бывшие усадьбы немцев стали превращаться в государственные дачи. Подъезд к ним обеспечивался по короткому, никуда не ведущему Алтуфьевскому шоссе. Все повороты с него  облепили запретительные знаки "кирпич".

     Самая высокая судьба была уготована усадьбе "Липки". Ее сочли подходящей для устройства  дачи самого И.В.Сталина. Дом капитально перестроили, оборудовав его всем, что требуется для работы главы правительства, в том числе бомбоубежищем. Однако что-то не сложилось, и в результате дальняя дача Сталина оказалась расположенной дальше по Дмитровскому шоссе, а подготовленный было для него дом в Липках остался просто подмосковной государственной дачей, где отдыхали многие видные руководители.

     Неклюдово понравилось К.Е.Ворошилову. Первое время он обитал в старом деревянном доме посреди пейзажного парка над прудами, образованными на речке с потрясающим названием Вздериножка. В 1949 году дом сгорел, и на его месте соорудили новую дачу вполне в духе тогдашней "неоклассической" архитектуры. По тем временам просторный и добротный, сегодня он выглядит садовым домиком на фоне поднимающихся по соседству новых коттеджей-дворцов в поселках Вешки-2, Вешки-сити, Вешки-95.

     В 1981 году в том же обширном неклюдовском парке,  примерно в километре от ворошиловского коттеджа  соорудили  еще одну дачу - для Э.А.Шеварнадзе, бывшего в то время министром иностранных дел. Внешне дом выглядит вполне современно - лапидарные, функциональные объемы, покрытые светлой штукатуркой.

     Этими двумя  дачами может полюбоваться любой желающий - ворошиловский дом занимает частная школа,  а на даче  Шеварнадзе разместился реабилитационный центр.

 

                   Классический Северный

 

     В пятидесятые годы у Архангельского появился  еще  один интереснейший сосед. К этому времени Москва исчерпала резервы Сталинской (ныне Восточной) водопроводной станции и к северу от Москвы началось сооружение еще одного узла снабжения столицы питьевой водой,  взятой из водохранилищ канала имени Москвы.  Для новой станции, названной Северной, выбрали возвышенное (для повышения напора) место - почти у самой виноградовской церкви.  Туда мимо Архангельского протянули железнодорожную ветку,   а к югу от станции вырос поселок водопроводчиков, также ставший Северным.

     Его строили по единому проекту, выполненному авторским коллективом в составе Н.Селиванова, З.Государевой, К.Кисловой и многих других архитекторов и инженеров. За чертой Москвы можно было не экономить землю, не гнать дома вверх. Авторы вполне резонно запроектировали весь поселок двухэтажным. Замысел удался на славу - к северу от столицы возник настоящий город-сад с уютными четырехквартирными домиками-коттеджами, стоящими посреди зеленых участков.

Большая часть коттеджей относится в двум основным типам. Первый - с легкомысленным острым фронтончиком на фасаде и закругленными окнами на верхнем этаже. Второй - построже, с меньшим количеством излишеств. Дома двух типов чередуются, что создает эффект разнообразия - поскольку на узких поселковых линиях глаз просто не в состоянии охватить одновременно более 2-3 построек.

     Чрезвычайно нарядна центральная линия, скорее даже проспект, с широким зеленым бульваром в середине. Его перспективу замыкает самое красивое здание поселка – дом культуры. Своей несколько наивной пышностью оно сильно напоминает кинотеатры, выстроенные в Москве по проектам И.В.Жолтовского. Своим строгим, но живописным обликом поселок прекрасно вписался в ряды классических соседей Архангельского-Тюрикова.

Счетчик посетителей по странам