Это страшное слово "карст"

А. В. Рогачев

Опубликовано: Квартира, дача, офис, 2001, N 140


Разрушение дома в Хорошевском проезде.

Землетрясений в Москве не бывает. Конечно, если не считать слабых отголосков далеких катастроф, в первую очередь карпатских. В самой середине Среднерусской равнины, лежащей на мощной Русской плите,  качаются люстры на верхних этажах да чуть-чуть позвякивает посуда, а в эти секунды где-то за тысячи километров содрогается земля, рушатся дома, гибнут люди. Жить в сейсмобезопасном районе - великое счастье.

И все же бывает, что земля разверзается и в Москве. Вот только подвижки земной коры здесь ни при чем. Верхние слои земли, на которой стоит наш город, неоднородны. Тут и пески, и глины, и известняки, и прочие осадочные породы. Часть из них - соли, гипсы, доломиты - может растворяться в воде.

На первый взгляд ничего страшного в этом нет - ведь ежели с ними ничего не случилось за тысячи лет, пока существует Москва, так и в будущем особых неприятностей ожидать не приходится. Но человек все активнее изменяет среду своего обитания, и результаты его деятельности сказываются на движении подземных вод. Где-то из водопровода потечет горячая вода, в низинках будут собираться и постепенно впитываться гигантские лужи, собранные в результате стока с окрестных заасфальтированных площадок. Вода прокладывает себе новые маршруты, и кое-где они натыкаются на растворимые породы. Те, как им и положено наукой химией, растворяются и уносятся продолжающей свое движение водой. Вот этот процесс подземного растворения и выноса и называется карстом. На месте, где он поработал, остаются пустоты. Чаще всего их размеры невелики, но иногда карст создает гигантские подземные емкости, как, например знаменитые Кунгурские пещеры. А теперь представьте, что над образовавшейся пустотой на поверхности земли находится что-нибудь тяжелое. Ну, например, многоэтажный дом. Что в этом случае произойдет, ясно как божий день. Вышележащие слои рухнут в пустоту, на поверхности земли возникнет воронка, в которую и провалится несчастный дом или какая-нибудь из его частей.

 К сожалению, это отнюдь не оторванная от жизни теория. Особенно сильно развоевался карст за последние десятилетия (впрочем, по каким причинам рассыпались дома в Москве в XIX - начале XX века, особенно не выясняли, и исключить участие карста в этих разрушениях полностью нельзя). Первое не подлежащее никаким сомнениям преступление в Москве карст совершил в 1969 году. Место действия - Хорошевское шоссе, дом 35, корпус 2 - всего в нескольких десятках метров от станции метро "Полежаевская". Дом как дом - обыкновенная пятиэтажка постройки пятидесятых годов. Стоять бы ему и стоять, подобно своим добротным собратьям, дожившим до наших дней и вполне готовым прослужить еще пару-тройку десятилетий. Но в один далеко не прекрасный день стены прорезали сквозные вертикальные трещины. Дом вздохнул... и пополз.

 Со звоном лопнули стекла, в квартирах начала облетать штукатурка, затрещали и посыпались перекрытия. В отличие от скоротечных землетрясений, пораженный карстом дом разрушался на протяжении нескольких дней. У жильцов было достаточно времени, чтобы покинуть аварийное жилище и спасти часть вещей. До конца дом так и не расползся, однако повреждения оказались столь велики, что ремонту он не подлежал. Лишенным крова предоставили новое жилье, сам дом сломали, а на освободившемся месте ничего строить не стали. И правильно сделали, ибо через некоторое время здесь опять наблюдались провалы, правда, уже меньших размеров. Видимо, в подземной полости, ставшей причиной гибели дома, затягивались оставшиеся пустоты. Эхом того давнишнего провала стали трещины, обнаруженные несколько лет назад в стенах еще одного стоявшего поблизости жилого дома.

Беда с домом 35 грянула как гром с ясного неба. Стало ясно, что и наша московская, вроде бы надежная земля таит в себе грозные опасности. Пришлось взяться за изучение карста. К сожалению, ничего путного из этого не вышло. Через восемь лет произошла новая катастрофа, еще более разрушительная, чем первая. 27 апреля 1977 года земля затряслась в Новохорошевском проезде, между домами 3 и 4. Довольно сильные толчки ощущались в квартирах. Причину установили быстро - в непосредственной близости от домов началось заметное оседание грунта. Несмотря на принятые меры, противопоставить наступлению карста так ничего и не смогли. Развитие событий ускорил дождь, прошедший утром 28 апреля. Вода стекала в образовавшуюся между домами низину, которая на глазах превратилась в провал, пока еще неглубокий, затем ушла вглубь, размывая остатки грунта, державшего на себе окрестные сооружения. Дальше события развивались медленно, но неудержимо, как в кошмарном сне. В воронку постепенно сползал асфальт дорожек, деревья, отмостка. По стенам дома 4 пошли трещины. В доме 3 рухнули перекрытия - сначала одно, потом другое, - вывалилась часть стены. Не дожидаясь дальнейших разрушений, дом сломали.

Карст не удовольствовался одной жертвой и продолжал подкапываться и под дом 4. Правда, где-то около 5 мая показалось, что процесс остановился, однако спустя дней десять стало ясно, что и этот дом обречен. Его южная часть накренилась, рассыпались стены, падали перекрытия. В результате пришлось "добить" и этого страдальца. Невыносимо больно было в бездействии смотреть, как рушатся добротные сооружения, дававшие кров десяткам семей. Но что можно было поделать с коварной подземной стихией? Казалось бы, ответ ясен - закачать в пустоту быстротвердеющий раствор, прекратив тем самым осадку. К сожалению, такой план легко предложить, но непросто осуществить. Требовались ответы на множество вопросов. Какой раствор закачивать? Сколько? Куда? На какую глубину? Не ускорит ли новая тяжесть оседания подземных слоев? И даже если бы провал удалось остановить, не было никакой гарантии, что стабилизация стала бы окончательной, а не временной. Зато расползающиеся дома дали богатый материал для исследователей, на фактическом материале изучавшим развитие этого таинственного и страшного процесса. Тщательно, по дням и часам протоколировались все появлявшиеся в домах и их ближайших окрестностях изменения: лопнуло стекло, оторвался подъезд, изогнулась водопроводная труба, посыпались кирпичи...

Итак, карст записал на свой счет два очередных разрушенных строения. Еще один соседний дом получил небольшие повреждения стен, однако устоял. После ремонта он дожил до наших дней.      В двух описанных случаях карстовые провалы привели к серьезным разрушениям и привлекли общее внимание. Помимо того, воронки возникали неоднократно на улицах, во дворах, на пустырях.

Ими интересовались в основном специалисты, пытавшиеся найти защиту от карста. В какой-то степени им это удалось - новые дома в районах с карстовой опасностью сооружаются теперь на сплошной железобетонной плите. Она надежно защищает дом от небольших провалов, каковой тезис получил подтверждение в 1987 году, когда очередная воронка возникла близ дома 17 по улице Маршала Тухачевского. Здание, покоившееся на плите, устояло, а после того, как воронка стабилизировалась, ее скрупулезно и дотошно изучили, пробурив вокруг нее несколько скважин. Расследование подтвердило карстовое происхождение провала, более того, удалось даже установить виновника изменения направлений подземных водотоков, спровоцировавшего карстовый процесс. Лишь после этого яму засыпали.

Плита, конечно, дело хорошее, однако если крупная воронка (диаметром метров в двадцать-тридцать) возникнет непосредственно под домом, не спасет и плита - дом может соскользнуть в провал вместе со всей противокарстовой плитой. Поэтому исследователи ищут не только пути защиты от карста, но и пытаются предупредить возникновение критических ситуаций. Именно с этой целью ведется большая работа по выявлению мест с наибольшей карстовой угрозой в нашем городе. В их число попала большая часть западных и северо-западных районов Москвы. Практически безопасными в этом отношении следует считать северные и восточные (но не северо-восточные!) районы. В других районах потенциально опасными считаются отдельные сравнительно небольшие территории.

В действительности же все реально произошедшие случаи карстовых разрушений зафиксированы лишь в ближайших окрестностях Хорошевского шоссе. Нашумевший недавний провал на Большой Дмитровке, поглотивший фасад старого двухэтажного дома, вызван другой причиной - чисто механическим вымыванием слабого грунта. Такой процесс именуется суффозией, и о ней еще предстоит особый разговор. Часто она действует рука об руку с карстом и тогда речь идет уже о карстово-суффозионных процессах. Кстати, как утверждают специалисты, Хорошевка опасна не только в карстовом, но и в карстово-суффозионном отношении! Поистине несчастен этот район! О многих бедствиях, происходивших здесь, КДО уже писала.

На месте ТЭЦ-16 долгое время находились огромные склады боеприпасов, которые в 1920 году охватил страшный пожар. Многочисленные взрывы разбросали содержимое подземных амбаров во все стороны. Часть разлетевшихся снарядов зарылись в землю, и отыскать их не удалось. Поэтому-то Хорошевка буквально начинена смертоносными сувенирами из прошлого, что подтверждает статистика подобных находок при всевозможных земляных работах при строительстве, прокладке коммуникаций и дорог.

Еще одну потенциальную угрозу для безопасности жизни создает соседство Центрального аэродрома. Сегодня он почти бездействует, но нужно помнить, что в 1995 году легкий в мыслях президент подписал указ "О реконструкции Центрального аэродрома имени М. В. Фрунзе в Москве", предусматривавший создание здесь аэропорта для самолетов бизнес-класса! Тут же, конечно, возникло акционерное общество закрытого типа, которому с ходу сдали в аренду всю территорию аэродрома сроком аж на 49 лет! Учитывая темпы, с которыми в последнее время происходят в нашей стране авиационные катастрофы (за одну только декаду июля погибло 4 летательных аппарата), вероятность того, что взлетевший с этого самого бизнес-аэропорта самолет свалится на крыши окружающих домов, из пренебрежимо малой величины сегодня превращается во вполне ощутимые сотые и десятые доли процента. И все-таки самым страшным бичом Хорошевки остается коварный и жестокий карст, готовый подкопаться под любой дом и добавить новую запись в черный список своих преступлений.

Драматизм ситуации усугубляется социально-политической ситуацией в стране. При Советской власти, когда городские квартиры являлись собственностью общественной, обездоленным карстом людям автоматически выделялось новое жилье. Сегодня же надежды на то, что кто-то даст вам взамен уплывшей в воронку вашей частной, приватизированной квартиры новую, весьма проблематична.

Что же можно посоветовать горемычным обитателям Северо-Западного округа? Тем, у кого достаточно сил и средств, постараться обменять свою квартиру на аналогичную, но в более безопасном районе. А остальным не остается ничего другого, как немедленно застраховать свою недвижимость, тщательно наблюдая при этом, чтобы в договоре помимо пожаров, наводнений, набегов диких слонов и прочих опасностей были оговорены и карстово-суффозионные процессы...

Счетчик посетителей по странам