Лось и паровоз

А.В. Рогачев

Опубликовано: Квартира, дача, офис, 2002, N 91

 

     Среди различных более или менее ненужных человечеству дисциплин, которые изо всех сил стараются, но никогда не смогут стать наукой, имеется одна, под названием геральдика. Серьезные исследователи ею, как правило, не занимаются. А потому "достижения" геральдики отличаются по большей части крайней примитивностью. Вот как, например, сочиняли геральдисты гербы российских городов. Если город Мышкин - значит, в гербе его мышка, если Рыльск - то кабанье рыло, если Ломов - то пять ломов... И так далее.

     Так же примитивны по замыслу и гербы, которыми ныне  стремительно оснащаются округа и районы столицы. Что представляет собой, скажем, герб Лосиноостровского района? Конечно же, голову лося, хотя бедное животное никакого отношения к бывшему городу Лосиноостровску не имеет.  Если бы к делу подходили серьезно, то эмблемой вышеназванного района следовало бы избрать паровоз...

     Железная дорога от Москвы на Ярославль прошла через эти места в шестидесятых годах XIX столетия. Первый поезд до Сергиева Посада пошел в 1862 году, в 1870 рельсы дотянулись до Ярославля, а затем медленно расползались от основной магистрали на север и восток. В те не столь уж далекие времена на десятой версте новой магистрали не было ничего - ни города, ни поселка, ни даже деревни.

     На карте начала ХХ века показано несколько сел с причудливо изуродованными названиями (Кашутино вместо Ватутино, Свирлово вместо Свиблово, Чабытьево вместо Челобитьево). И только на месте будущего города - пустотао главная предпосылка для его возникновения уже сформировались - Савеловская железная дорога. Стальной путь к верховьям Волги протянулся в самом конце XIX века, но у железнодорожников вышли какие-то нелады с московской городской думой, то дававшей, то не дававшей участок у Бутырской заставы, а поэтому новая магистраль некоторое время обходилась вообще без вокзала.

     На подходах к Москве калязинские или савеловские поезда от станции Бескудниково сворачивали на восток по специально сооруженной ветке, соединявшей Новую Савеловскую и старую Ярославскую дороги, - благо и та, и другая принадлежали одному обществу. И через полчаса пассажиры оказывались на Ярославском вокзале. Благодаря этому безымянный полустанок десятой версты, где соединительная ветка впадала в Ярославскую дорогу, мгновенно превратился в важную узловую станцию, получившую красивое название "Лосиноостровская", - по лежавшему вблизи заповедному лесу для царской охоты - "Лосиному острову".

     Прошло всего лет пять-семь, и чуть-чуть южнее новой станции пролегло кольцо Окружной железной дороги. От нее к Лосиноостровской протянулись передаточные пути. Обмен товарными вагонами между Ярославской и Окружной дорогами требовал переформирования поездов, и узловая станция приняла на себя функции сортировочной.  Маневровые пути разлеглись на добрых пять километров в длину (между нынешними платформами Северянин и Лось) и метров на двести в ширину.

     На гигантской станции работали сотни человек. Большинство из них селилось тут же - в выросшем вокруг станции дачном поселке. Столь странный статус объясняется просто - в те дикие времена не знали ни рабочих поселков, ни поселков городского типа, а поэтому населенный пункт, большинство населения которого составляли постоянно живущие железнодорожники, оказался дачным - за неимением ничего лучшего. Назвали поселок по станции - Лосиноостровским.

     Но и  дачники  в нем жили,  правда,  не так уж и много, ведь для дач место было не слишком подходящим. Близость грохочущей днем и ночью сортировочной станции уже само по себе была важной отрицательной характеристикой. Вблизи отсутствовали реки или большие водоемы, которые являлись непременными атрибутами хорошего дачного поселка. Вдобавок поселок рос в основном на запад - в глинистую низину, и это при том, что к востоку от дороги лежали более здоровые возвышенные места с песчаной почвой. Нет, отнюдь не красоты Лосиного острова привлекали в  Лосиноостровский все новых жителей - главную роль в его формировании играли более прозаические соображения - близость станции и удобство сообщения с Москвой. И эти факторы оказались столь действенными, что к 1925 году численность населения поселка достигла 15 тысяч человек, и ему присвоили статус города. Но железная дорога продолжала оказывать мощное воздействие на развитие бывшего дачного поселка - в тридцатых годах рядом со станцией появился завод по производству систем железнодорожной сигнализации. В результате в 1939 году в Лосиноостровске (в это же время переименованном в Бабушкин - в честь знаменитого полярного летчика) насчитывалось уже 70 тысяч жителей. Для сравнения - столько же насчитывалось в Мичуринске, Петрозаводске, Чернигове, Владимире, Батуми, в Пскове жило 60 тысяч, а в знаменитой Бухаре - всего 50.

     Была у Лосиноостровска и еще одна, не столь известная специализация - военная. В незапамятные времена (аж в середине XIX столетия), когда ни о дачном поселке, ни тем более о городе еще никто и не мечтал, стоявшую на глухой опушке Лосиного острова небольшую ферму, именовавшуюся "мызой Раево" облюбовало для себе Артиллерийское управление. Сама небольшая деревенька Раево (или Райево) лежала в нескольких километрах отсюда - недалеко от Медведкова, на берегах Яузы, а принадлежавшая ей ферма оказалась далеко на отшибе. Эта отдаленность частенько приводила к ошибкам в исследованиях историков, которые старались "поселить" мызу на месте деревни.

     Сменив нескольких владельцев, мыза Раево в семидесятых годах XIX века перешла к военному ведомству. По-видимому, уединенное расположение населенного пункта на краю огромного лесного массива показалось армейским руководителям удобным, и здесь развернулось строительство крупного военного объекта - главных артиллерийских и инженерных складов русской армии. Коровники и свинарники сменились приземистыми, врытыми в землю погребами. Сначала здесь хранилось 80 тысяч пудов пороха, затем появлялись все новые и новые хранилища.

Развитие систем вооружения предъявляло все новые требования к размерам, безопасности, оборудованию складских помещений, поэтому постройки мызы Раево находились в процессе постоянной реконструкции и расширения. Ряд старых построек сохранился до наших дней и используется по первоначальному назначению - ведь здесь по-прежнему находятся военные склады.

     Заметную роль  мыза Раево сыграла в Великой Октябрьской социалистической революции.  В отличие от Петербурга, где революция победила быстро и почти бескровно, в Москве сопротивление реакции пришлось преодолевать силой оружия, в том числе и артиллерии (практически все артиллерийские части московского гарнизона поддерживали восставших). Охранявшая мызу Раево пехотная дружина примкнула к восстанию и предоставила огнесклады в распоряжение большевиков. По Ярославскому шоссе заряды для пушек доставлялись на грузовиках. Несколько раз юнкера перехватывали пути доставки, и тогда машины добирались до цели кружным путем.

     С тех пор прошло много лет, вплотную к бывшей мызе подступили кварталы новой застройки, а военный городок по-прежнему остается на своем старом месте. Найти его легко - главные ворота городка выходят на улицу Вешних вод. Столь красивое название возникло, когда в 1960 году город Бабушкин включили в состав Москвы. В новых границах резко выросшей столицы среди прочих оказалось с десяток Тургеневских улиц, для которых пришлось подбирать новые названия. И вот одной из них - этой самой, бабушкинской, - дали имя по одной из повестей писателя.

     Помимо знаменитой мызы, никаких особых памятников истории на территории бывшего города не имеется - в силу его относительной молодости. Тем не менее за истекшие сто лет успели появиться и исчезнуть кое-какие интересные сооружения. Так, стоит упомянуть основанное здесь около 1903 года первый в России приют - убежище для престарелых женщин медицинского звания, то есть фельдшериц. В 1905-1908 годах к нему пристроили также небольшую, но оригинальную домовую церковь Троицы по проекту архитектора К.К. Гиппиуса.      Еще один храм - Троицкий для общего пользования вознамерились возвести в 1916 году по проекту В.А.Мазырина - примерно там, где сегодня стоит представительный дом с аптекой по нынешней улице Рудневой. Поскольку время было тяжелое, военное, то вряд ли храм был построен.

     Занятное деревянное строение стояло близ пересечения современных улиц Рудневой и Изумрудной. В двухэтажном теремке с башенкой размещалось местное пожарное депо и книгохранилище (не правда ли, любопытное сочетание?). Этот дом построил в 1914 году постоянно живший  в Лосиноостровской архитектор С.Н.Струков, а простояло здание до 1950-х.

     Как и следовало ожидать, все эти легкие постройки исчезли в ходе реконструкции 30-х - 60-х годов, а в семидесятых дошла очередь и до станционных строений. Сначала были уничтожены остатки деревянного вокзала в стиле модерн, построенного в начале ХХ века. Спустя несколько лет сломали уникальный для пригородных станций навес на стальных опорах над второй платформой станции. Их заменили стандартные сооружения из железобетона, ничем не отличающиеся от аналогичных построек на прочих остановочных пунктах.

     Из старых зданий у самой станции сохранился красно-кирпичный двухэтажный дом поликлиники, построенный в начале ХХ века. Второй след бывшего дачного поселка - стоящая между железной дорогой и Ярославским шоссе, несколько севернее станции, небольшая церковь Адриана и Натальи. Это весьма заурядное краснокирпичное сооружение в каком-то русско-византийском стиле производит впечатление довольно старого, однако на самом деле оно датируется 1914 годом. Автором проекта здания был московский архитектор С.М. Ильинский. В окрестностях церкви, вдоль Ярославского шоссе, вплоть до семидесятых годов сохранялись еще деревянные домики дачного типа, затем быстро, в течение нескольких лет, исчезнувшие под волной новой многоэтажной застройки. У самой станции, с ее западной стороны, долгое время держалась пара-тройка вросших в землю домишек с засаженными яблонями участками, но в конце концов и их поглотила асфальтовая площадка автобусной станции.

     Обиднее всего то, что в 1960-х - 1980-х годах исчезла и железнодорожная ветка Бескудниково-Лосиноостровская, в свое время породившая будущий город. История ее уничтожения представляет поучительный пример поглощения и переработки большим городом доставшихся ему в наследство на новых территориях уже сложившихся народно-хозяйственных комплексов. Сто лет назад казалось, что новая ветка никогда не окажется внутри города и не будет мешать его развитию. Но всего через шестьдесят лет одноколейка, вдоль которой уже успело осесть несколько связанных с железной дорогой предприятий (в частности, Институт Пути МПС СССР),  официально вошла в новые границы Москвы. Еще через несколько лет она оказалась помехой массовому жилищному строительству в новых московских районах - Свиблове, Медведкове, - а особенно – линиям городского транспорта. К этому времени ветка была уже электрифицирована, и несколько раз в день по ней проходили электропоезда, останавливавшиеся на нескольких промежуточных платформах - Дзержинской, Институте Пути, Отрадном, Слободке.      Но контактный провод трамвая расположен значительно ниже, чем у электрички, и когда трамвайные пути, идущие в Медведково, пересекли железную дорогу по Енисейской улице, "поднырнуть" под трамвайные провода электрички не смогли. Ветку пришлось обрезать - электрички стали ходить от Бескудникова до Дзержинской.

Еще через десять лет – новый удар: строительство станции метро "Свиблово" сократило маршрут электричек еще на один перегон - до Института Пути. Наконец, уже в конце 1980-х годов пассажирское движение с ветки окончательно сняли, большую часть ее разобрали, и на освободившемся месте в течение одного-двух лет выстроили целую вереницу многоэтажных жилых домов. В 1991 году снесли и пассажирскую платформу на станции Лосиноостровская, в свое время принимавшую электрички из Бескудникова. Сейчас от когда-то важной для пригородного сообщения ветки сохранились лишь два участка, прилегающие к ее конечным пунктам и служащие подъездными путями расположенных поблизости предприятий.

     Но все равно главным предприятием, главным нервом нынешнего района Лосиноостровский, включающего значительную часть бывших поселка Лосиноостровск и города Бабушкин, остается могучая сортировочная станция - Лосиноостровская...

Счетчик посетителей по странам